Технология как магия науки.

Обозрим сегодня книгу "Полный назад" (дословно Al passo di gambero - "Шагая раком"), которую можно будет купить, начиная с середины сентября. Она иносказательна, и сподвигает на мысли и аллегории :) Предадимся им- о науке, магии и технологиях.

На первых порах преобладающим видом коммуникации был многоцветный телевизор - здоровый ящик, он загромождал помещение, зловеще пыхал в темноте и урчал на устрашение жильцам других квартир.

Первостепеннный шаг к облегченной коммуникации сделали, когда изобрели дистанционное управление. Позволительно стало не только по желанию понижать или же нисколько устранять звук, но и укокошивать цвет и изменять канал. Прыгая с дискуссии на дискуссию, глядя на черно-белый беззвучный экран, телезритель получает новую творческую свободу: начинается существование под аккомпанемент заппинга...

... а с ним и деградация понятий. Средства массовой информации сами путают науку с технологией и, к сожалению, запутывают публику, та начинает полагать наукой все, что имеет касательство к технологии, и при этом не ведает, в чем содержание науки, и не знает, что технология - только придаток, только следствие, но никак не первостепенность. Технология - это когда предлагается все и сразу.

А наука движется постепенно. Первый знак нашего мира - скорость, это угадали с опережением футуристы. Мы желаем расходовать не больше четырех часов на перелеты из Старого Света в Новый. Головная боль от "джет-лэга" ликвидируется лекарствами с мелатонином. Это мелкие погрешности нашей чудной жизни в быстрый век. Мы так привыкли к быстроте, что досадуем, когда неспешно грузится электронное сообщение или запаздывает самолет.

И все-таки эта технологичность жизни отнюдь не эквивалентна научности. Она тождественна, если угодно, магичности. Что же такое магия, чем она была на протяжении столетий и чем является сегодня, пускай в закамуфлированном виде?

Магия означает веру, словно не возбраняется перескочить в быстром темпе с причины на результат, опустив промежуточный процесс. Тыкнуть булавкой в изображение врага - и недруг погибнет.

Изречь заветную формулу - железо станет золотом. Воззвать к ангелам и посредством ангелов послать важную информацию.

СМИ при первой возможности живописуют нам науку как магию, а эта первая вероятность представляется как только наука начинает давать обещание какую-то потрясающую технологичность.

Сам собою возникает "низкий сговор" (pactum sceleris) между ученым и масс-медиа, потому как что ученый не способен устоять перед соблазном, он даже считает своим долгом сказывать о своем исследовании.

Иной раз это полезно для привлечения спонсоров (fundraising), временами изучение легко приятнее предъявить миру в качестве открытия ещё до неизбежно грядущего разочарования, до того когда обнаружится, что обещанного результата отнюдь нет на золотом блюдечке.

Мы все помним подобные эпизоды, от очевидно преждевременно разрекламированного "секрета холодного термоядерного синтеза" до стабильно обещаемого лекарства от рака. Это триумф веры в магию, в мгновенность. Тяжко пояснить публике, что научная служба - это гипотезы, опыты, ошибки и разборы ошибок.

Когда спорят, что достовернее - официальная врачебная наука или знахарство, вопросительный мотив по сути стоит так: к чему ожидать три года обещанного наукой, если разрешается заполучить моментальный итог от альтернативной медицины?

Существуют, по крайней мере, еще два объяснения: во-первых, могла иметь в распоряжении местоположение природная ремиссия и лекарственное средство подействовало только как плацебо; или, во-вторых, природная ремиссия могла быть уже на подступах и раньше, а снадобье только отдалило ее.

Но вы только попробуйте предъявить широкой публике два этих последних рассуждения.

Не будет вам ни малейшей веры, оттого что для магической ментальности всего важнее стремительный процесс, победный агрегат связи между предполагаемой причиной и желанным результатом. В связи с этим может произойти, да и истинно происходит странная вещь: урезаются средства, отводимые на науку, а общественность безупречно не возмущается урезанием.

Общественность возмутилась бы, если бы закрыли больницу или повысили цены на лекарства, при всем при том она остается невозмутимой, когда прикрывают долгие и медленные научные исследования.

Ну самое большее, возникает неуютное чувство, что какие-нибудь ядерщики того и жди эмигрируют в Америку (хотя что скажешь, атомная бомба-то все одинаково у американцев).

Никто не сознает, что аккурат тот самый срыв долгого исследования ставит под вопрос новое лекарство от гриппа или ввод в эксплуатацию нового автомобиля на электрическом ходу.

Никто не связывает научные эксперименты, с одной стороны, и врачевание полиомиелитного мальчика, с другой, в силу того что что цепочка последствий и причин в этом случае длинная, опосредованная, не "раз-два-три", как полагается по правилам волшебства.

Все мы помним выпуск сериала "Скорая помощь", в котором лекарь Грин оглашает перед длинной очередью пациентов великую научную новость: тем, кто захворал гриппом, не будут прописывать антибиотики, потому что что при гриппе антибиотики не помогают. Этот момент довел публику до такого накала, что зазвучали даже упреки в расовой дискриминации.

Пациенты верили в волшебную связь антибиотиков с выздоровлением. Все СМИ убеждали их, что антибиотики спасают. В этой коротенькой цепочке главнейшая истина. Таблеточка антибиотика - техногенный продукт и опознается как таковой.

А разбор причин и способов борьбы с эпидемией гриппа - опека всяких НИИ. Но и для его серьезных статей газеты как правило находили такие крикливые, такие скандальные заголовки, что эти заголовки обыкновенно искажали содержание статьи.

Осмотрительный расклад о том, что начинает разрабатываться вакцина супротив гриппа, неизбежно становился фанфарным провозвестием: грипп на земле резво исчезнет без следа. Думаете, благодаря науке? Нет, благодаря триумфу технологии, сумевшей внедрить в ассортимент новую пилюлю.) Как должен реагировать ученый на назойливый запрос газетчиков, которые ждут от него ежедневных волшебных обещаний?

Ученый должен реагировать осторожно. Но и осторожность порою, как только что мы наблюдали, не помогает.

Ученому не пристало, с иной стороны, и покрывать завесой тайны всякую научную новость, ибо наука по естеству своему - принадлежит общественности. Думаю, нам следует возвратиться за парты начальной школы.

Именно учебное заведение и все учебные центры наряду со школой - охватывая наиболее серьезные интернетсайты - должны понемногу приучать молодых людей к правильному представлению о научных процессах.

Это самая нелегкая количество обучения, вследствие того что что и школе крайне свойственно впихивать в память учащихся отрывочные данные, связь между которыми непостижима и магична. Галилей по колебанию пламени в лампе осознает, что земля-то обращается.

Мы в такой степени отлично помнили, какую трепку получил Галилей за свою научную смелость, что забыли: Галилей понятия не имел, по какой орбите почва обращается.

Как разрешено дожидаться от школы корректной научной информации, когда еще до сих пор во многих учебниках и во многих хрестоматиях можно прочесть, что до Христофора Колумба люди считали землю плоской? Потому что это извращение истории.

Уже древним грекам великолепно было известно, что земля круглая, и это знали и саламанкские мудрецы, тормозившие экспедицию Колумба именно потому, что они точнее, чем Колумб, все рассчитали и добро представляли себе подлинный размах нашей с вами планеты.

И все же одно из назначений интеллигента - помимо жесткой и суровой критики - это просвещенная популяризация.

Все мы превосходно понимаем, что в Италии больше чем где бы то ни было академический сотрудник считает дело популяризацией делом компрометирующим.

Но по экватору гуляли единороги и лесные чуды-юды, и хотя ученые не сомневались, что земля сферична, художники по своим уважительным причинам представляли ее не только плебеям, но даже господам в качестве плоского диска с Иерусалимом в середине, или расплющивали шар для пущей символичности и для удобства демонстрации (как до сих пор Землю расплющивают в школьном атласе).

Расплющивали не весьма сильно, но все-таки достаточно, чтоб все куда ни кинь переставали понимать, какая же форма на самом деле у земного шара. Вот так, пройдя сквозь три века Просвещения, мы все еще похожи на Исидора: когда газеты повествуют о наших научных симпозиумах, симпозиумы неотвратимо выглядят волхвованием.

Чему тут удивляться? Мы и сейчас, как в Средние века, деремся и пышем неудержимым фундаментализмом, упрямым фанатизмом. Ратуем за крестовые походы, целые континенты вымирают от голода и СПИДа, а тв при этом показывает (волшебно преображая) нас с вами в качестве блаженных богатейших людей, привлекая на наши побережья баркасы, нагруженные нелегалами из Африки и Албании. Эмигранты хотят угодить к нам, как в старину все хотели попасть на Эльдорадо.

Как не понять, что простакам до сих пор неизвестно, что есть наука, и они склонны принимать за науку даже ренессансную магию? И что для них волшебство - возможность направить извещение в Австралию по цене внутригородского звонка и со скоростью молнии? Как бы то ни было, следовало бы ученым остеречься тех, кто чересчур их боготворит и считает, подобно как ученые - это жрецы истины в последней инстанции.

Ученого нетрудно возвышают до статуса мага. Но стоит ученому замешкаться с выдачей проверяемого результата, он будет объявлен шарлатаном, в то период как колдуньи, выдавая результаты не проверяемые, но эффектные, получают приглашения на ток-шоу. Так что ученым на ток-шоу бродить не надо, чтоб их не перепутывали с колдуньями.

По материалам http://polit.ru/culture/2007/09/02/eko.html